Пейзаж в расскрытии замысла автора по произведению Горького "Старуха Изергиль"

Описание пейзажа не поддается никакому анализу, невозможно представить себе эти поэтичные рассказы старухи без красивой природы. Тут Горький наиболее ярко показывает свой талант писателя.

Романтический настрой создается с помощью вступления. Мы видим мужчин, женщин, счастье, песни и безмятежное веселье: «Они шли, пели и смеялись; мужчины - бронзовые, с пышными, черными усами и густыми кудрями до плеч, в коротких куртках и широких шароварах; женщины и девушки - веселые, гибкие, с темно-синими глазами, тоже бронзовые». Невольно хочется приблизиться к этим людям, испытать те яркие, наполненные весельем, моменты, в которых нет ни капельки грусти. Тут тысячи светящихся цветов ночи сливаются в певучий голос старухи, некогда красивой и молодой девушки. «Ветер тек широкой, ровной волной, но иногда он точно прыгал через что-то невидимое и, рождая сильный порыв, развевал волосы женщин в фантастические гривы…это делало женщин странными и сказочными». Горький создает атмосферу, в которой и развивается действие.

Природа - неотъемлемая часть рассказов Изергиль: «Воздух был пропитан острым запахом моря и жирными испарениями земли, незадолго до вечера обильно смоченной дождем. Еще и теперь по небу бродили обрывки туч, пышные.

Странных очертаний и красок, тут - мягкие, как клубы дыма, сизые и пепельно-голубые, там – резкие, как обломки скал, матово-черные или коричневые». Небо, пропитанное пастельными тонами, пушистые и жесткие облака, появляющаяся луна: все располагало к разговору о старом, прожитом, чудесном, давно забытом.

Разговор получался незатейливым, простым, а в это время «Луна взошла. Ее диск был велик, кроваво-красен». Рассказ о непокорном Ларре воспринимается как должное среди этой неописуемой красоты.

Старуха Изергиль мастерски повествует о чрезмерной гордости и независимости, которая ничего хорошего не приносит ни Ларру, ни людям вокруг него. А читатель все еще находится под впечатлением от пейзажа, от теплого моря, от влажного соленого воздуха.

Максим Горький создает двоемирие. В первом мире мы бываем, когда Изергиль и слушатель ведут разговор, а во второй отправляемся, когда старушка скрипучим голосом рассказывает о молодых людях, покорявших мир в старые времена.

Изредка отрывается автор от рассказа старухи, чтобы читатель не потерял в своем воображении яркую картинку теплого вечера «…задумчивый, мятежный шум был славной второй рассказу о мятежной жизни. Все мягче становилась ночь, и все больше разрождалось в ней голубого сияния луны…». Слова Изергиль текут все непринужденней, все прямей и аккуратней. Можно провести параллель между Изергиль и пейзажем. Они безупречно дополняют друг друга, сходятся в спокойствии, во взрывах эмоций. Тут природа тоже имеет душу. И ни на шаг не покидает старушку и верного слушателя. В третьей части мы видим потрясающую легенду о славном Данко, который помог людям обрести свет, но которого так и не отблагодарили. Автор включил в этот рассказ самостоятельный пейзаж. Он сделал это умышленно, ведь необходимо было создать соответствующее настроение: «Там были болота и тьма, потому что лес был старый, и так густо переплелись его ветви, что сквозь них не видать было неба». В этом мире и жили «одни люди», интересно изменяется тут природа. От дремучих зарослей до солнечного света: «И всегда, днем и ночью, вокруг тех людей было кольцо крепкой тьмы, оно точно собиралось раздавить их…». От этой безысходности люди лечились думами, которые еще больше раздражали их.